fc77b9e6

Черкасов Дмитрий - Крестом И Булатом. Вторжение



det_action Дмитрий Черкасов Крестом и булатом. Вторжение Вместе с боевой группой казаков Влад Рокотов попадает в Чечню и тут же оказывается в центре событий, связанных с перевозкой чеченских боевиков по подземной реке...
ru ru FB Tools 2004-11-08 OCR Moon FFF97093-C730-4CF2-BA6E-1892FB583D46 1.0 v 1.1 — создание fb2 OCR Денис
Дмитрий Черкасов. Крестом и булатом. Вторжение Нева Санкт-Петербург 2001 5-7654-1606-3 Дмитрий Черкасов
Крестом и булатом. Вторжение
«В малых войнах казаки являются единственной боевой силой, которой следует опасаться благодаря их активности и неутомимости...»
К. Маркс, Ф. Энгельс Собр. соч., том X, — «Русская армия»«Говорят, что чиновники и белая одежда хороши, лишь пока они новые. Хоть это и шутка, я полагаю, что так оно и есть на самом деле... проведя на службе долгое время, они начинают злоупотреблять уступчивостью людей и слишком высоко ценить себя и совершают то, что никогда прежде не делали бы...»
Юдзан Дайдодзи «БУДОСЁСИНСЮ!»Все имена, фамилии и должности персонажей являются вымышленными. Любые совпадения случайны. То же самое относится и к представленным в книге событиям.
Пролог
Посвящается всем тем, кто в августе ноябре 2000 года своими поведением и телевыступлениями вдохновляли Автора на создание этой книги.
Закрепленные на стволе в метре от корневища две маленькие цилиндрические шашки вспыхнули огненно белым шаром. Акация качнулась и спустя секунду завалилась именно в ту сторону, куда и предсказывал Роберт Инглунд.
«Специалист по разминированию», как его именовали в официальных документах организации «HALO — TRUST», проходивших через посольство России в Вашингтоне, вышел из укрытия и поманил к себе два десятка жавшихся за кирпичной стеной молодых боевиков.
— Это должно происходить так, — по русски Инглунд говорил с заметным акцентом, но его словарного запаса вполне хватало для того, чтобы объяснять курсантам ваххабитского лагеря тонкости подрывного дела. — Большой заряд не надо. Надо определить правильное место. Это понятно?
Молодежь закивала.
— Я буду проверять. Вот ты, — палец Инглунда указал на крайнего в шеренге курсантов, — повторять.
— Я?
— Да, ты. Повторять.
Ахмед Бицоев вздохнул.
Опять этот америкашка выбрал именно его. За те десять дней, что Ахмед провел в тренировочном лагере Хаттаба у излучины реки Гехи, Бицоева вызывали в пятый или шестой раз. Чаще, чем кого нибудь другого.

Не иначе инструктор за что то невзлюбил молодого чеченца, отправленного на переподготовку после легкого ранения в бою с федералами.
А ведь Бицоев воюет уже не первый год.
С девяносто четвертого, когда семнадцатилетним пацаном пришел добровольцем в отряд Гелаева. И неплохо воюет — на прикладе его «Калашникова» восемь зарубок. Правда, четыре из них он поставил за головы расстрелянных пленных солдат, но ведь и в бою положил четверых гяуров[1].

Так что всё по честному. Восемь убитых русских собак — восемь отметин на прикладе. Почет со стороны необстрелянного молодняка, плохо скрываемый страх в глазах у односельчан, уважение от командиров.
Но этому заокеанскому хлыщу не объяснить, что Ахмеда лишний раз дергать не стоит. Да и Однорукий[2] с Одноногим[3] приказали во всем слушаться Роберта и его напарника — англичанина Саймона Филлза.

Хотят, чтобы их солдаты постигли все премудрости диверсионно подрывного дела. Правильно, конечно. Однако надо различать, кого можно гонять и в хвост и в гриву, а к кому особый подход требуется.
Неверному не понять.
Особенно такому, как Инглунд...
Бицоев вразвалочку вышел из строя и нехотя приблизил



Содержание раздела